ID: 00027418
(1)В наше время чтение художественной литературы, по сути, привилегия. (2)Слишком много времени отнимает этот род занятий. (3)Недосуг. (4)Да и чтение – это тоже работа, и в первую очередь – над собой. (5)Пусть незаметная, не столь обременительная, но у человека, потратившего день на решение проблем, требующих физической или интеллектуальной и душевной отдачи, порой просто не остаётся сил поинтересоваться новинками литературы. (6)Это никого не оправдывает, но причины очевидны, а стойкую привычку к серьёзному чтению, к сожалению, выработали не все.
(7)Для большей части взрослых и пожилых людей в наши дни телевидение заменяет чтение, они если и знакомятся с новинками книжного рынка, то за редким исключением в примитивном телевизионном изложении. (8)Молодёжь же всё чаще познаёт мир слова через наушники плееров и интернет-ресурсы, посредством смартфонов и планшетов, которые всегда под рукой. (9)Возможно, я сгущаю краски и кто-то сумеет нарисовать более оптимистичную картину, но, на мой взгляд, реалии времени именно таковы.
(10)Себя отношу к категории людей, занятых делом, но мой пример нетипичен. (11)Я умудряюсь читать и писать. (12)Выпустил четвёртый сборник стихов. (13)Не останавливаюсь на этом, папки рукописей и черновиков пополняются, хотя перелёты, поездки и ночное бодрствование – вот весь писательский ресурс, который у меня остаётся. (14)С чтением ещё сложнее, паузы выпадают редко.
(15)Если попытаться охарактеризовать всё отобранное и недавно прочитанное мною, то первое, что приходит на ум: это написали личности! (16)Люди, сделавшие себя сами. (17)Им веришь. (18)Сама история их жизни не позволяет усомниться в выводах и формулировках. (19)А ведь это очень важно – верить автору, что бы мы ни читали: научную литературу, роман или мемуары. (20)Знаменитое «Не верю!» Станиславского проникает сейчас во все жанры и виды искусства. (21)И если в кино динамика кадра и лихость сюжета могут отвлечь внимание зрителя от нестыковок и откровенной фальши, то печатное слово сразу выталкивает на поверхность всякое враньё, всё, что написано ради красного словца, высосано из пальца. (22)Воистину написанное пером не вырубишь топором.
(23)Проверяя читательский багаж прошлых лет, прихожу к выводу, что я всегда неосознанно тянулся к авторам, которые не только отмечены писательским талантом, но и обладают выдающейся личной историей. (24)Биографией, как тогда говорили. (25)В советское время информация о личной жизни популярных авторов была дозированной, а порой и недоступной, о пиаре тогда никто и не догадывался. (26)Но крупицы их дел и поступков были у всех на слуху, оживляли образ и увеличивали наши симпатии и степень доверия. (27)Так было с Маяковским, так было с Высоцким и Визбором, с Солженицыным и Шаламовым. (28)И многими другими, чьи тексты мы разбирали на цитаты, чьи высказывания становились самыми убедительными аргументами в спорах.
(29)Что же является критерием настоящей литературы? (30)Для меня главным мерилом был и остаётся результат: чтобы тебе поверили.
(По А.Н. Соболеву*) * Андрей Николаевич Соболев – член Комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре; журналист, поэт-песенник.
Напишите сочинение-рассуждение по проблеме, поставленной в исходном тексте: «Что является критерием настоящей литературы?».
Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.
Прокомментируйте, как в тексте раскрывается эта позиция. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, важные для понимания позиции автора (рассказчика), и поясните их. Укажите и поясните смысловую связь между приведёнными примерами-иллюстрациями.
Сформулируйте и обоснуйте своё отношение к позиции автора (рассказчика) по проблеме исходного текста. Включите в обоснование пример-аргумент, опираясь на читательский, историко-культурный или жизненный опыт и не повторяя авторских суждений. (Не учитываются примеры-аргументы, источниками которых являются комикс, аниме, манга, фанфик, графический роман, компьютерная игра и другие подобные виды представления информации.) Объём сочинения – не менее 150 слов.
Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой полностью переписанный или пересказанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается 0 баллов.
Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.
Источник: ФИПИ
А. Н. Соболев прямо отвечает на свой вопрос: «главным мерилом был и остаётся результат: чтобы тебе поверили». Настоящую литературу создаёт личность, а доверие читателя рождается из подлинности прожитого, а не из ловкости пера.
Размышляя о недавно прочитанном, автор формулирует своё главное впечатление: «это написали личности! Люди, сделавшие себя сами. Им веришь» (предложения 15–17). И тут же объясняет, почему доверие так важно именно в литературе: если в кино «динамика кадра и лихость сюжета могут отвлечь внимание зрителя от нестыковок и откровенной фальши», то «печатное слово сразу выталкивает на поверхность всякое враньё, всё, что написано ради красного словца, высосано из пальца» (предложение 21). Этот пример показывает: текст беспощаден к неискренности, спрятать пустоту за красивой фразой невозможно.
Затем автор проверяет мысль собственным читательским опытом: оказывается, он «всегда неосознанно тянулся к авторам», у которых есть не только талант, но и «выдающаяся личная история» (предложение 23). Даже в те годы, когда о личной жизни писателей знали мало, «крупицы их дел и поступков были у всех на слуху, оживляли образ и увеличивали наши симпатии и степень доверия» (предложение 26): так было с Маяковским, Высоцким и Визбором, с Солженицыным и Шаламовым. Пояснение: судьба автора становится порукой за его слово, и потому такие строки разбирают на цитаты.
Второй пример конкретизирует первый: сначала высказано общее наблюдение о необходимости доверия, затем оно подтверждается конкретными именами из читательского багажа. Такое движение от мысли к именам показывает, что перед нами не случайное впечатление, а закон, проверенный годами чтения.
Я согласен с автором: искренность в книге слышна сразу. Вспомним «Севастопольские рассказы» Л. Н. Толстого: он писал их офицером, находясь на бастионе под обстрелом, и потому его словам о войне без прикрас веришь безоговорочно.
Таким образом, мерило настоящей литературы — доверие читателя, а заслужить его может только тот, кому действительно есть что сказать.