ID: 00028251
(1)Когда я начал учиться в гимназии, мне было лет одиннадцать. (2)Всего одиннадцать лет отделяли меня от моего несуществования в мире, а я уже был в форменной фуражке, в тужурке, перехваченной кожаным поясом с металлической бляхой посередине живота. (3)Уже я стоял перед географической картой двух полушарий, смотрел на лиловые многоугольники колоний, на раковину Мадагаскара, читал и понимал слово «Великобритания». (4)Уже я писал готические немецкие буквы, уже думал о героях истории, которые были до меня – до моих одиннадцати лет…
(5)Как я воспринимал то обстоятельство, что я живу ещё немного, начал жить ещё очень недавно? (6)Я этого обстоятельства вообще не воспринимал. (7)Скорее, другие мне говорили, что я маленький. (8)Сам я, повторяю, этого не чувствовал, об этом не размышлял. (9)Я не думал о том, что можно быть каким-нибудь другим, кроме того, кем я был. (10)Если мне хотелось быть взрослым, то я думал не о физических изменениях, а только о тех возможностях, которые даны взрослому: не готовить уроки, есть сколько хочешь пирожных. (11)Я был человек, просто человек, не зная о себе, что я маленький, что только недавно явился в мир, что расту, узнаю, постигаю и тому подобное. (12)Именно – я был просто человек…
(13)Я думал, что после окончания гимназии я куплю велосипед и совершу на нём поездку по Европе. (14)Первая мировая война ещё не начиналась, ещё всё было очень старинно: солдаты в чёрных мундирах с красными погонами, зверинец на Куликовом поле с одним львом, говорящая голова в зеркальном ящике в балагане. (15)Ещё бывала первая любовь, когда девочка смотрела на тебя с балкона, и ты думал, не уродлив ли ты. (16)Ещё отец девочки, моряк в парадном мундире, гремя палашом 1 , шёл тебе навстречу и отвечал тебе на поклон, отчего ты бежал во весь дух, сам не зная куда, обезумевший от счастья. (17)Ещё продавали из-за зелёного прилавка квас по две копейки за стакан, и ты возвращался после игры в футбол, неся в ушах звон мяча…
(18)Я не купил велосипеда и не совершил путешествия по Европе. (19)Горел Верден, Реймский собор, в котором в своё время венчалась с французским королём дочь Ярослава Мудрого. (20)Появились первые танки, и впервые аэропланы стали сбрасывать бомбы. (21)Однако в музеях по-прежнему висели необыкновенные картины, прекрасные, как деревья на закате. (22)Во сне я иногда вижу своё пребывание в Европе, которого никогда не было. (23)Чаще всего мне снится Краков в виде стены, идущей кверху вдоль дороги, старой стены, с которой свисают растения, стучащие по ней ветками и шелестящие цветами…
(24)Удивительная работа воспоминания. (25)Мы вспоминаем нечто по совершенно неизвестной нам причине. (26)Скажите себе: «Вот сейчас я вспомню что-нибудь из детства», закройте глаза и скажите это. (27)Вспомнится нечто совершенно непредвиденное вами. (28)Участие воли здесь исключено. (29)Картина зажигается, включённая какими-то инженерами позади вашего сознания.
(30)Какая чудесная вещь – свобода воспоминаний! (31)Какая прелесть в том, что они появляются, как им угодно, и никак мы не можем заставить себя вспомнить именно это, а не другое. (32)Разумеется, есть точная закономерность этого возникновения, но – дудки – мы её никогда не поймём.
(33)Так, вспоминаю я, как вышли мы в море на яхте «Увлечение». (34)Мы – это знаменитый одесский врач Егор Степанович Главче, его приёмный сын Андронька и я, маленький мальчик Юра. (35)Долго следовало бы описывать яхту: она плоская, вы почти не возвышаетесь над водой – длинная, узкая, летящая. (36)Нет, это настолько плохое описание, что оно сворачивается. (37)Воспоминания не последует, только опишем, как при нашем возвращении горела вдали огнями Одесса, покинутая нами утром, как, казалось, перебегают с места на место огни, исчезают, опять загораются, как дышит и ходит всё это поле огней…
(38)Нет, и это воспоминание, как видно, не получится! (39)Как тихонько под самыми пальцами, которые вы опускали в воду, рокотало и бежало атласное море, рокотало и бежало, тёмное, бежало навстречу нам низко-низко под бортом яхты, на расстоянии локтя – ещё одного локтя, потому что вы сидели облокотившись…
(40)Я ещё люблю вспоминать. (41)Я мало что знаю о жизни. (42)Но мне больше всего нравится, что в ней есть звери, большие и маленькие, что в ней есть звёзды, выпукло и сверкающе смотрящие на меня с ясного неба, что в ней есть деревья, прекрасные, как картины, и ещё многое и многое… (По Ю.К. Олеше*) * Юрий Карлович Олеша – русский советский писатель, поэт и драматург, журналист, киносценарист.
_____________________________________ 1 Палаш – рубящее и колющее ручное оружие с длинным прямым клинком.
«В воспоминаниях Ю.К. Олеша рисует картины счастливого детства, когда он постигал мир и искал своё место в нём. Образность и эмоциональность тексту придают разнообразные художественные средства, среди которых троп – (А)__________ (« чудесная вещь» в предложении 30, « атласное море» в предложении 39) и приём – (Б)__________ (предложения 15, 16, 17). Троп – (В)__________ (« перебегают с места на место огни», «дышит и ходит всё это поле огней» в предложении 37) и приём – (Г)__________ (предложения 20–21) – помогают читателю осознать, сколько бед и горя несёт людям война, как она разрушает их планы, мечты, надежды».
Список терминов:
1) эпитет
2) олицетворение
3) восклицательные предложения
4) вводные слова
5) фразеологизм
6) анафора
7) противопоставление
8) парцелляция
9) сравнение
Источник: ФИПИ
В рецензии четыре пропуска. Указания «троп» и «приём» подсказывают, в какой группе терминов искать ответ.
А) «чудесная вещь» в предложении 30, «атласное море» в предложении 39 — определения не измеряют признак, а рисуют образ и передают восхищение. Такие образные определения называются эпитетами — номер 1.
Б) предложения 15, 16, 17 начинаются одинаково: «Ещё бывала первая любовь…», «Ещё отец девочки… шёл тебе навстречу…», «Ещё продавали из-за зелёного прилавка квас…». Повтор одного и того же слова в начале соседних предложений — анафора, номер 6.
В) «перебегают с места на место огни», «дышит и ходит всё это поле огней» — бегать, дышать и ходить умеет живое существо, а здесь так ведут себя огни города. Перенос свойств живого на неживое — олицетворение, номер 2.
Г) предложения 20–21 прямо сталкиваются: «Появились первые танки, и впервые аэропланы стали сбрасывать бомбы» — «Однако в музеях по-прежнему висели необыкновенные картины, прекрасные, как деревья на закате». Война и красота поставлены рядом как две противоположности, и связывает их «однако». Это противопоставление, номер 7.
Остальные термины не подходят: восклицательных предложений в указанных номерах нет; вводные слова («конечно», «кажется») там не встречаются; фразеологизм — устойчивый оборот вроде «спустя рукава» — в рецензии не отмечен; парцелляция предполагает разрыв фразы на обрубки, чего в этих предложениях не происходит; сравнение отдельным пропуском не заявлено.