ID: 00001471
ВОЗЛЮБЛЕННОЙ
(похвальное слово)
(1)С детских лет — и сейчас — и так будет до конца жизни — она была единственной и незаменимой: самой преданной и самой равнодушной, самой красноречивой и безмолвной. (2)Люди уходили, приходили, проходили, — она, с годами меняясь, но всё та же, шла за мной и со мной всюду: из города в деревню, с родины в чужие страны, участница дней работы и часов отдыха, утеха бессонных ночей. (3)То старая, то вчера родившись, мудрая, глупая, капризная, пустая, красивая и безобразная…
(4)Есть два подобия целомудренных и страстных объятий: море и раскрытая книга; их оценить может всякий возраст. (5)Но море однообразнее книги и быстрее утомляет; книга держит в объятьях часами, годами, всю жизнь, и любовные выдумки её безграничны. (6)Прочитанная, она остаётся в памяти — и снова рождается, опять влекущая и ещё раз полная тайны. (7)В море мы плаваем на поверхности — в книгу уходим с головой, и чем глубже, тем слаще и чудеснее.
(8)Чаще всего её называют другом. (9)Она бывает Учителем, ласковой матерью, детищем и злым врагом. (10)Но, конечно, она — возлюбленная, неподражаемая в постоянстве и вечном равнодушии. (11)Ничто не дало миру столько добра и столько зла, как книга, и никто другой не пользовался таким почётом в памяти далёких поколений. (12)Самым невозможным кажется исчезновение книги, замена её иной человеческой выдумкой. (13)Это, конечно, случится, — но к тому времени люди переродятся, и не будет больше ни любви, ни вымысла, ни наивной веры, украшающей нашу жизнь. (14)С жалостью думается о таких людях будущего.
(15)Страницы старых и новых книг — как душистый сад: они засеяны цветами любви, тревоги, откровенности и лицемерия. (16)Иные поросли репейником злых чувств, другие благоухают наивностью и чистотою веры. (17)Кладбище лучшего, что жило и умерло в веках. (18)Каждая строчка — напряжённая мысль, каждая запятая — сомнение, каждая точка — удовлетворённость.
(19)Когда вы стоите перед книжными полками — помните, что перед вами останки чувств и знаний, оттиски самых сложных душевных движений, неслышный горячий спор идей, мнений и взглядов на мир, попыток оправдать жизнь и оттянуть минуту окончательного с ней расчёта. (20)Люди пишут для того, чтобы заговорить в себе тоску по вечному и чтобы шуршаньем пера отогнать самый страшный из вопросов.
(21)Возлюбленная! (22)Тебе, незаменимой спутнице, обязан всем, что было в жизни особенного и святого.
(23)Первой тягой вдаль — желаньем убежать в неисследованные страны и сделаться следопытом, курить с краснолицыми братьями трубку мира, носить за плечами ружьё, но лишь для защиты, а не для напрасного убийства зверей, с которыми жил бы в дружбе и взаимном понимании.
(24)И первыми положительными знаниями: если развести в воде селитру и написать раствором что-нибудь на бумаге, а высушив, приложить уголёк спички, то бегущий уголёк будет писать на бумаге то же слово.
(25)Первыми сомнениями: если мир сотворён многомилостивым Богом, то почему же в мире так много зла и несправедливости (урок учил хорошо, а по греческому двойка).
(26)И первой любовью: я любил и сейчас не забыл тургеневскую Асю.
(27)Первыми достижениями: то была книжка журнала, и в ней рассказ, подписанный моим именем. (28)Я был тогда счастливейшим из гимназистов.
(29)И первым уходом в мир несчастных, не имеющих пристанища, голодных, страдающих по притонам и по тюрьмам, попавших под колесо жизни, — маленьких героев высокочтимого Диккенса.
(30)Чувством бунтарства, святейшим из чувств, родившимся от пустяковой подпольной брошюрки. (31)И позднейшим сознанием, почерпнутым в Библии, что всё — суета сует.
(32)Тихим покоем, спускающимся с книжных полок на спинку кресла и изголовье постели. (33)Складной музыкой слов родного языка, собранных в толстые томы. (34)Очарованьем чужого творчества, которое всегда наше, потому что читающий творит заново — по образу своему и подобию. (35)И попытками самому овладеть чужим сознанием, занять его мысль своей беседой.
(36)Тем, что можно встречаться и говорить с людьми, которых уже давно нет; а они были не хуже теперь живущих. (37)И тем, что умереть совсем, без остатка, нельзя; что хоть на завтрашний денёк останешься в печатной строчке, написанной вот этим пером.
(38)Ей, возлюбленной книге, — похвальное слово!
(М. Осоргин*)
*Михаил Андреевич Осоргин – русский писатель, журналист, эссеист.
Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.
1) В предложениях 1-3 представлено рассуждение.
2) В предложениях 4-7 содержится описание.
3) Предложение 10 противопоставлено предложениям 8, 9.
4) В предложении 19 представлено повествование.
5) Предложения 23-31 поясняют, раскрывают содержание предложения 22.
Источник: Сборник Сениной 2025
В задании нужно проверить каждое утверждение о строении текста и его фрагментов и отобрать верные. Разберём утверждения по очереди.
Утверждение 1. в предложениях 1–3 автор размышляет о книге, наделяя её противоречивыми чертами (преданная и равнодушная, мудрая и глупая), — это рассуждение, поэтому утверждение верно. Утверждение верное.
Утверждение 2. в предложениях 4–7 рисуется образное сопоставление моря и книги с их признаками (море однообразнее, книга держит в объятьях, в книгу уходим с головой) — это описание, поэтому утверждение верно. Утверждение верное.
Утверждение 3. предложение 10 («Но, конечно, она — возлюбленная…») не противопоставлено предложениям 8–9, а подытоживает и уточняет их перечень имён книги, поэтому утверждение ошибочно. Утверждение ошибочное.
Утверждение 4. предложение 19 — это обращение-размышление о том, что стоит за книжными полками; действий-событий в нём нет, значит это не повествование, поэтому утверждение ошибочно. Утверждение ошибочное.
Утверждение 5. предложения 23–31 (первая тяга вдаль, первые знания, первые сомнения, первая любовь и т. д.) раскрывают, чем именно герой обязан книге, о чём сказано в предложении 22, поэтому утверждение верно. Утверждение верное.
Значит, верны утверждения под номерами 1, 2, 5.