ID: 00028439
(1)В один прекрасный день мы – пять девочек – карабкаемся на Замковую гору. (2)В руках у нас большие пёстрые букеты разноцветных опавших листьев – больше всего кленовых.
(3)Вдруг из-за обломков стены слышен мужской голос, глубокий, странно-певучий, полный страстного чувства.
(4)Мы словно окаменели. (5)Нас захватило дыхание большой любви, о которой почти поёт голос за стеной, читающий письмо Евгения Онегина.
(6)Только мы двинулись – из-за стены опять раздаётся тот же голос. (7)Теперь он читает – я узнаю с первых слов – монолог Чацкого из «Горя от ума». (8)Он читает всё так же певуче – ну совсем поёт! – но с гневом, с яростью оскорблённого чувства…
(9)Не сговариваясь, мы выбегаем из-за стены: мы хотим увидеть того, кто прочитал, почти пропел нам эти отрывки из Пушкина и Грибоедова.
(10)Мы выбежали – смотрим во все глаза: никого! (11)Ни Онегина, ни Чацкого… (12)Нет, впрочем, какой-то человек очень робко и застенчиво жмётся к тому обломку стены, из-за которой мы только что слушали чудный голос. (13)Это юноша лет шестнадцати-семнадцати, на нём старенькая, поношенная ученическая шинель, только пуговицы уже не форменные – значит, бывший ученик.
(14)Мы идём к нему, всё еще заворожённые тем, что слышали; нам не верится, что невидимый чтец – этот нескладный парень в обшарпанной бывшей ученической шинели. (15)Но он смотрит на нас – у него прекрасные глаза, необычно удлинённые к вискам, с глубоким, умным взглядом, – и мы понимаем: да, это он сейчас читал!
(16)Мы протягиваем ему свои пёстрые осенние букеты из листьев всех расцветок.
(17)Юноша очень смущён.
– (18)В-в-вы эт-то м-м-мне? (19)Ч-ч-что вы? (20)З-за что?
(21)Очень странно слышать: тот же голос – и так сильно заикается!
– (22)Нет, нет, пожалуйста, возьмите! – просим мы его хором.
(23)Юноша застенчиво пожимает плечами. (24)Потом берёт наш букет и улыбается нам хорошей, дружелюбной улыбкой:
– С-с-п-п-пасибо!
(25)И, неловко поклонившись, он быстро уходит, прижимая к груди наши смешные букеты из листьев. (26)Вот его шинель мелькнула в густой щётке кустов калины, вот он уже спускается с горы – исчез из виду.
(27)Теперь я знаю: юноша в затасканной ученической шинели был Илларион Певцов. (28)Он был тяжёлый и, как все считали, неизлечимый заика. (29)А он мечтал стать актёром! (30)И у него в самом деле был талант! (31)Он уходил за город, в лес, взбирался на горы; там он декламировал, читал монологи, отрывки из пьес. (32)Над ним насмехались, считали его полоумным. (33)Но он превозмог непреодолимое, он сделал невозможное: через пятнадцать – двадцать лет после этой нашей встречи с ним на Замковой горе он стал одним из самых замечательных русских актёров. (34)Бывали и у него срывы, полосы, когда он не мог играть, потому что лишался силы управлять своей речью и побеждать её недостаток. (35)И всё же он не отчаивался, у него не опускались руки!
(36)Когда я думаю о людях сильной воли, сильной страсти к искусству, я всегда вспоминаю его – чудесного актёра Иллариона Певцова. (37)И мне приятно думать, что наши смешные попугайно-пёстрые букеты из осенних листьев были, может статься, первыми цветами, поднесёнными ему на трудном, но победном пути.
(По А.Я. Бруштейн*) * Александра Яковлевна Бруштейн – советский писатель, драматург, общественный деятель.
Среди предложений 27–33 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи личного местоимения и лексического повтора. Напишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).
Источник: ФИПИ
Задание просит найти предложение, которое цепляется за предыдущее сразу двумя ниточками: личным местоимением и лексическим повтором.
Личное местоимение — это слово, которое ставится вместо названного человека или предмета: он, она, они, его, ему, им, ним. Лексический повтор — то же самое слово, что стояло в предыдущем предложении, повторённое в том же виде.
Личных местоимений в этом отрывке очень много: «он», «него», «ним», «его» есть почти в каждом предложении. Значит, отбирать придётся по второй примете — по повтору.
Предложение 27 начинает новую мысль: «Теперь я знаю: юноша в затасканной ученической шинели был Илларион Певцов».
Предложение 28: «Он был тяжёлый и, как все считали, неизлечимый заика». Местоимение «он» поставлено вместо «юноша… Илларион Певцов» из 27-го предложения — личное местоимение налицо. И тут же повторено слово «был» из 27-го в той же самой форме — это лексический повтор. Обе приметы сошлись в одном предложении.
Соседние предложения дают только одну примету из двух. В 29-м («А он мечтал стать актёром!») местоимение есть, но ни одного слова из 28-го не повторено. В 30-м («И у него в самом деле был талант!») слова из 29-го не повторяются. В 31-м («Он уходил за город, в лес…») общих слов с 30-м нет. В 32-м («Над ним насмехались, считали его полоумным») нет ни одного слова из 31-го. В 33-м («Но он превозмог непреодолимое…») повтора со словами 32-го тоже нет.
Значит, оба средства связи одновременно работают только в предложении 28.